Справка - Поиск - Участники - Войти - Регистрация
Полная версия: Унесенная в дюны
Частный клуб Алекса Экслера > Клуб путешественников
Страницы: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9
Мамин-Сибиряк
13 ноября 2014, 03:26
А продолжение будет?
Loulou
13 ноября 2014, 09:59
Еще как, меня хлебом не корми - дай пописАть. Сейчас рабочие моменты по углам размету и еще насочиняю. facepalm.gif
Тайлес
13 ноября 2014, 10:02

Loulou написала: Еще как, меня хлебом не корми - дай пописАть. Сейчас рабочие моменты по углам размету и еще насочиняю. facepalm.gif

Это хорошо! wink.gif
Loulou
20 ноября 2014, 15:22
Тайлес, рада видеть! Будет, все будет. Скоро!
Тайлес
20 ноября 2014, 19:05

Loulou написала: Тайлес, рада видеть! Будет, все будет. Скоро!

Спасибо и жду! wink.gif
Loulou
3 декабря 2014, 11:31
В очередной раз я отличилась: все припасы в дорогу я предусмотрительно спрятала, так целее будет, в чемодан, который мы, конечно, сдали в багаж. “Пожалела” только бутылку воды. Но Грег на одной воде 1000 км не протянет. Это стало ясно почти сразу, потому что уже в 5 утра он задал самый привычный для себя вопрос: “Есть что поесть?”. Я продержалась до 12 часов. На ближайшей станции, мы купили огромный кусок жареного мяса и съели его. И никто не умер. Более того нам стало после трапезы так хорошо, что заснув за 400 км от Агадеса, мы проснулись, только когда автобус въехал в автовокзал. Ну вернее в его подобие.

Дорогу Агадес-Ниямей я помню плохо: в зыбкой лихорадке постоянного чувства жажды и песчаной бури, заполненной запахами грязных туалетов, свежего хлеба, человеческого пота и жаренного на придорожных обочинах мяса. Нечто слишком долгое и душное. Появление автобуса, «буса», на многих станциях воспринималось как праздник и катастрофа одновременно. Бежали за бусом многочисленные торговцы, Их головы украшали лотки с хлебом, африканским эквивалентом пончиков, тазики с жареным и вяленым мясом, и даже мини-морозилки с ХОЛОДНОЙ водой. Поклажа падала, рассыпалась, пассажиры топтались прямо по товару, торговцы на них орали на своем мате, а мы пользуясь случаем разминались и искали уголок почище, чтобы пописать (к туалетам даже подойти было боязно: а вдруг задохнусь?). Дикие придорожные туалеты, торговки блинчиками и продавцы шашлыков (шашлык в Нигере — национальное блюдо, страна-то — сплошное пастбище. Мясо — душистое, нежнейшее — тает во рту), бесконечная трасса, лихой танец воздуха над расплавленной асфальтовой дорогой.

Последние 50 километров автобус прополз на брюхе: местные власти затеяли ремонт путей, а самый главный начальник — песчаный ураган: видимость — «ноль», а на дороге — то яма, то канава. Спасительный ветер превратился в палача: в окно рвались потоки крупного горячего песка, мотор натужено гудел, в автобусе висела гробовая тревожная тишина.

14 часов пути. Позади. Мы устроились на террасе отеля, едим припасы родителей Жиля, которые привезли из Франции деликатесы: савойский сыр, окорок и другие вкусности. Вещи уже стоят в номере и даже вода в душе оказалась горячей. Дожидаемся всех и вперед, в город, на поиски ресторана, в котором можно покушать “недорого и вкусно”. Таких в Агадесе масса и все мне уже знакомы, благодаря путеводителю и нашей прошлой поездке в этот город.

Небольшое историческое и не только отступление

Основанный в 11 веке Агадес стоит на пересечении караванных путей из Египта и Ливии к озеру Чад. Благодаря своему выгодному торговому и геополитическому положению, город долгое время переходил из рук в руки различных племен и народов: в 15 веке здесь правили суданские властелины, в 16 — народность сонгай, пришедшая с берегов Нигера, в 17 — город захватили мусульмане Борну, в начале 20 в столице туарегов хозяйничали французские колонизаторы.
Тайлес
3 декабря 2014, 17:07

Loulou написала: 14 часов пути. Позади.

Да в таких условиях 14 часов, это не фухры-мухры. redface.gif
Loulou
8 января 2015, 09:43
Агадес. Пыльная буры
Loulou
8 января 2015, 09:46
Та самая мечеть из глины.
Loulou
8 января 2015, 09:49
Городские зарисовки
Loulou
8 января 2015, 09:50
Городские зарисовки
Loulou
8 января 2015, 09:55
Небольшое отступление

Дорогие читающие, просматривающие или просто сочувствующие. Простите за задержку в публикации. С праздниками вас, с прошедшими и настпуюшими. Всем всего самого доброго! Новых приключений и замечательных встреч! Добра и и мира, искренних улыбок и верных друзей!
[SIZE=1]

Старинный квартал

В самом центре города, в квартале Сабонкаги, расположен знаменитый 27-метровый минарет глинобитной мечети, построенный аж в 1515 году народностью сонгай. Здание поражает видимой хрупкостью и смелостью замысла: ведь одно из самых старинных и самое высокое строение Агадеса выполнено из самана. Хорошо, что дожди здесь идут раз в 10 лет...

Сама́н (от тюркск.букв. — солома) — строительный материал из глинистого грунта, высушенного на открытом воздухе. Источник: Википедия
Напротив мечети располагается отель Аир, бывший дворец последнего султана Агадеса Тегарна. Он был низложен за то, что после освобождения от колонизации в 1960 году написал письмо Де Голлю с просьбой не оставлять Агадес под управлением Ниямея. Этот пример очень красноречиво говорит о тех “дружеских” отношениях, которые связывали, да и что греха таить, связывают до сих пор Ниямей, в основном населённый хауса, и Агадес – столицу туарегов. Более того, сам дворец был выстроен в честь визита одного из военных предводителей туарегов, храбро сражавшегося с французскими захватчиками. По иронии судьбы постояльцы отеля — сплошь туристы из Европы, большинство — из Франции.

Центр города — бесконечный лабиринт улочек, красных глинобитных стен, магазинчиков; вереницы мото-такси, заносчивые морды верблюдов, красочная толпа детей и торговцев. Круговорот рынков, запахов, людских лиц, белоснежных улыбок и голубых тюрбанов. Запах мятного терпкого чая, звон серебряных украшений, свист неожиданно налетевшего горячего песчаного шторма.
Тайлес
8 января 2015, 14:24

Loulou написала: Центр города — бесконечный лабиринт улочек, красных глинобитных стен,

Я так поняла, что названия улицы не имеют...И как там найти кого-то или что-то?
Loulou
8 января 2015, 16:50
Правильно понимаете. Наш адрес звучал так: третья проселочная дорога после колледжа номер 78, дом у большого гао (дерева). Еще добавляли: белые ворота, черная собака. Сложно? Зато как звучит!!!
Loulou
16 января 2015, 07:33
По случаю поездки, наш знакомый пель Хасан превратился к вечеру в добропорядочного христианина и отправился на постой к пастору Газе. Семья протестантов Газе из Тулузы вот уже несколько десятилетий живет на границе пустыни: здесь выросли их белые как аспирин дети, здесь они построили дом и посадили многочисленные деревья. В тенистом саду спеют гранаты, скачут по веткам пурпурные бангали, заглядывает в гостевую косоглазый мальчишка пель.
Тигpовый астрильд (лат. Amandava amandava) — птица из рода амандава (Amandava) семейства вьюрковых ткачиков (Estrildidae). Местное название — бангали.

Дом Газе — типичное для этих мест глинобитное строение с маленькими окошками, каменными лавками, яркими красно-черно-зелеными коврами-покрывалами с традиционными для туарегов рисунками. Такие накидки ручной работы принято дарить молодожёнам, и название у них самое что ни на есть подходящее — свадебное покрывало. В доме прохладно, пахнет свежим хлебом и апельсинами.
С десяток лет назад одна из неправительственных организаций привезла на горячую агадесскую землю апельсины: раздали беднейшим семействам. Деревца принялись дружно под ласковым пустынным солнышком, но требовали обильного, порой изнуряющего для хозяев полива. Практически все крестьяне от посадок отказались, только один упорный дядька довел дело до конца, дождался таки первых урожаев: теперь все по старинке возятся на плантациях лука, а он торгует великолепными оранжевыми плодами на рынке. Агадесские апельсины славятся на весь Нигер, только в столице их днем с огнём не сыщешь — апельсины просто не доезжают — дорога плохая. Растут в пустынных оазисах и виноград, и оливки, и дыни с арбузами, и финики, бесконечные делянки заполняют лук и вкуснейшая картошка. Из подземных колодцев тянут ослики да верблюды сделанные из обрезков огромных шин курдюки с водой, журчит живительная влага по прорытым меж грядок каналам, зеленеют поля-миражи среди бескрайних пустынных пейзажей.

В стороне от хозяйского дома — домик для гостей: обычно здесь останавливаются проповедники из Европы или друзья семьи, но когда дом пуст, Газе пускают постояльцев-христиан, хотя у меня свидетельства о крещении никто не спрашивал, да и Хасана пускают на постой постоянно, хотя с таким-то именем уж точно не в церковном хоре петь...

Опрятные кровати с москитной сеткой, спартанский, но чистейший душ, просторная кухня с массивным деревянным столом, видавшими виды холодильником и плитой, уютный салон с на удивление богатой для этих мест библиотекой. И любопытные бангали проворно заглядывающие к нам в спальню спозаранку.

Газе — единственные, среди белого населения, почти не пострадали во время восстаний туарегов в конце прошлого века. Сам Мано Даяк — предводитель повстанцев — грабил дом проповедников, но ничего из личных вещей не пропало, и даже одну корову оставили «на развод»... Высокий усатый пастор и его улыбчивая жена в традиционном африканском платье с мелкой белой вышивкой по вороту и длинными тощими косицами заправляют огромным семейным бизнесом: здесь и постоялый двор, и стадо, и бесплатная школа для детей и взрослых, и курсы рукоделия для местных вдов, брошенных на произвол судьбы со стайкой пестрой детворы: корзинки, вышитые сумочки-думочки-мешочки, скатерти и салфетки уходят на экспорт в магазины Европы, работающие под маркой «Справедливая торговля». Покупая кофе или чай, предметы быта, одежду и обувь в таких магазинах, вы можете быть уверены в том, что платите не посредникам, а непосредственно рукодельницам, сапожникам, портным и крестьянам из беднейших окраин мира.

Справедливая торговля — (от французского, commerce équitable) — торговая система, направленная на достижение равенства в мире торговли: организации коллективной деятельности, использование новых способов производства и распределения. Рынок, основанный на стандартах социальной, экономической и экологической политики. Источник: www.artisansdumonde.org

Подъем на вилле — в 5 утра, затемно. И пока не упала плотная жара, нужно много успеть: позаниматься с собственными детьми, которые сдают экзамены каждый год экстерном, отправить с десяток писем, проверить счета. В 12 — перерыв на вынужденную сиесту: температура за бортом — до 45 С° в тени. Часам к 3 жизнь в поместье вновь оживает: сбегаются с соседних улиц ученики, заглядывают больные и нуждающиеся, да и огромная семья (5 детей, родители и служащие, которые за долгие годы стали частью клана) соберется на ужин, а ведь его еще нужно приготовить...

После захода солнца на вилле время визитов. Здесь мы знакомимся с Кристин — щупленькой дамой средних лет. Она — бывшая балерина из труппы Венской Оперы. Приехала в Агадес по туристической поездке несколько лет назад и осталась здесь навсегда: влюбилась, что еще сказать... Эти черные очи, бронзовые тела, белозубые улыбки... И таких историй сотни, только счастливых — единицы.
Loulou
5 февраля 2015, 09:54
Поздно вечером на открытой террасе отеля Аир — сбор труппы. Свежевымытые родители Жиля и сам Жиль, преподаватель математики, француз марокканского происхождения Мусс, художник-голландец Пепс и его подруга Дельфина. Льётся рекой пиво «с жирафом» (для туристов оно «с жирафом», а местные иронично кличут напиток «конъюнктура»: несколько лет назад ввиду все той же экономической конъюнктуры, поллитровка стала бутылочкой 0.33, но по той же цене). Мама Жиля бережно раскладывает по тарелкам кусочки драгоценного в Африке французского сыра. Ночь нежна, и миллионы искорок светят сквозь дырки в черном небесном бархате.

По словам Ибраима, шофера головной машины и нашего вроде-как-гида, отправиться мы должны были часов в десять утра. Я до отъезда запланировала себе кучу дел: зайти в гости к протестантским пасторам, навестить портного, который сделал нам в прошлый раз очень красивые вышитые рубашки, заехать в сельскохозяйственный кооператив, чтобы купить очередную плетеную из пальмовых листьев корзинку, которых дома уже целая коллекция : корзинка для грязного белья, для помойки, для хлеба, для лука, для конфет, для картошки, для пикника, для лекарств, для бутылочек с ароматическими маслами, для нижнего белья, не считая кучу корзинок для бисера и украшений. Ну люблю я корзинки. Также с Грегом мы хотели наведаться в единственный молочный магазин в стране, который продает верблюжье молоко и молочные продукты. Но проснулись мы в 9.45, и поэтому все походы по магазинам и друзьям были отложены до нашего возвращения.

С утра — последние закупки перед отъездом: вода, консервированные сардины, свежий душистый хлеб, рулоны туалетной бумаги, 3-х или 5-ти метровые отрезы тончайшей хлопковой ткани для тюрбана-маски, черные шаровары расшитые белой бейкой по бокам, батарейки, зажигалки. Зажигалки в пустыне – не роскошь, а самый что ни на есть важный предмет, для сжигания использованной туалетной бумаги: дабы не засорять пустыню.

Проводники собственноручно перетряхивают наши рюкзаки: ведь половину пути нам предстоит проделать на верблюдах, им лишний вес ни к чему. В отели остаются и набор декоративной косметики, захваченный на случай фотосессии в дюнах, и фен, уложенный скорее по привычке: локоны я перед двухнедельной экспедицией срезала, и маникюрный набор и коробочки с украшениями и банная простыня. Как теперь жить? Злорадно улыбаюсь: у Грега отобрали 6 книг: нечего было хихикать над чужой бедой!
Тайлес
5 февраля 2015, 23:04

Loulou написала: Проводники собственноручно перетряхивают наши рюкзаки: ведь половину пути нам предстоит проделать на верблюдах, им лишний вес ни к чему.

Даже так... Жду продолжения. wink.gif
Loulou
16 февраля 2015, 11:47
Великая пустошь

Первые 5 километров от Агадеса сотовые еще “пробивали” и мы дозванивались домой, чтобы попрощаться...
В первый день пейзажи глаз не радовали: мы пересекали так называемую каменистую пустыню — ни тебе дюн, ни тебе песочка, как на пляже, а лишь голое поле, усыпанное пористыми булыжниками. Время от времени попадались участки покрытые травой – это зоны пустыни, где в июле-августе прошел дождь. Дождь здесь идет даже не раз в год, а раз в несколько лет и действительно участками, так что семена могут ждать своего “часа” десятилетиями, но в назначенный момент, безжизненная земля покрывается молодыми побегами, на радость кочевникам-скотоводам.

До обеда мы так и скакали по кочкам «каменной» пустыни: под колесами — не песок и даже не земля, а укатанная корка серо-бурого цвета. Метет песчаная поземка, стелются по земле стайки перекати-поля, из динамика льются барабанно-заунывные мелодии — традиционные ритмы туарегов. В караване из трех джипов мы — в центре.

За рулем первого внедорожника старший проводник Ибраим: высокий худощавый туарег за сорок в длинной рубахе из голубой бумазеи, черных шароварах. Из плотно закрученного тюрбана сверкают иссиня-черные глаза. что ни слово — то приказ. Мне от него досталось порядочно, и я бесконечно рада, что попала в другую машину, хотя впечатление такое, что шофёры пассажиров выбирают по интересам, вернее по вкусу.
Нас в машине пятеро: Пепс и Дельфина, Грег, а на переднем сидении я и наш шофёр Илли.

В первый же день мы с Дельфиной решили, что у нас самый красивый шофёр и самый внимательный, и поэтому из нашей машины, которая шла второй мы никуда не пойдем. И как нас потом ни зазывал Ибраим, который вез наших “старичков”: родителей Жиля и их подругу Раймонд, поменяться с ними местами, мы остались в второй машине. Молодой красавец пель Илли — наш шофер, только вечером сообразил, что я, вообще-то, замужем. В первый же день нежно и загадочно улыбаясь, мне оказывал он всевозможные и невозможные знаки внимания: не позволяя поднимать даже ставшего пушинкой рюкзака, подкладывая в тарелку лакомые кусочки ненавистной баранины (он же не знал), и даже, как оказалось, отгоняя мух, пока я сладко посапывала в тенёчке после обеда. Подкошенный жарой и усталостью Грегори, благополучно проспал до вечера в машине и только позже обнаружил самозванца. На утро Илли улыбаться как-то перестал, а меня так и баловал до конца поездки, но как-то украдкой, трагически вздыхая, и закатывая время от времени к небесам свои томные прекрасные очи.
Loulou
27 февраля 2015, 08:16
Дорогие читатели, любопытсвтующие и сочувствующие. Вышла электронная версия этих путевых записок сумашедшей.

https://ridero.ru/books/unesennaya_vdyuny.html

Наши же публичные чтения будут продолжаться до победного (над моей ленью) конца.

Удачного все дня и бодрых, солнечных выходных.
Тайлес
27 февраля 2015, 09:07
Ого! Поздравляю!
2jump.gif 2jump.gif 2jump.gif
beer.gif beer.gif beer.gif
Loulou
27 февраля 2015, 09:35
Тайлис, спасибо! ura2.gif И правда, это стоит отметить, да и пятница... Я что-то даже и не озаботилась...
Loulou
2 марта 2015, 11:11
Всем кто ложится спать - спокойного сна...
Loulou
2 марта 2015, 11:13
Свободу попугаям!
Loulou
2 марта 2015, 11:15
Острый угол.
Loulou
31 марта 2015, 08:11
Первая остановка – колодец для скота Изигир. Вокруг множество осликов, коз, баранов и чуть в стороне — два верблюда, флегматично наблюдают за водопоем с высоты своих 2 метров.

Верблюды стали моими любимыми персонажами за время этого путешествия, у меня в коллекции более сотни портретов живых кораблей пустыни. Ненависть, усталость, злорадство, любовь, снисходительность и безразличие — чего только не прочитаешь на мохнатых наглых мордах.

За нами тут же увязывается стайка детишек, с криками “подарок, белый, дай подарок”, да, как далеко шагнуло преподавание французского языка в отдаленных селениях Африки, и насколько богат и экспрессивен словарь!
Колодец глубиной 22 метра – темная дыра, наполненная сероватой водой, вода подымается посредством вращения огромного колеса, в которое запряжено 2 ослика, а забор воды производится в огромные сумки из старых автомобильных шин. В Африке ничего не выкидывают. Сделав несколько фотографий, мы рассаживаемся по машинам и снова в путь!

Но уже через час – бивуак. В третей машине за рулем путешествует Бубакар – наш повар. Во время остановки мы расползаемся “жечь бумагу”, а Бубакар расстилает свою скатерть-самобранку, стругает салат и готовит чай туарегов : много сахара, много мяты, немного воды и зеленого чая. Грегори пытается заснять сову, которая дремлет в ветвях акации; а мы с папой Жиля и Мустафой охотимся за белкок.Зверек ловко прячется в зарослях колючих кустарников. Раймонд и Аннет (мама Жиля) строчат что-то в крошечных блокнотиках. На обед у нас салат из свежих овощей, сыр и хлеб. На десерт всем выдали по банану. Пока мы, уютно устроившись на подстилке их пальмовых листьев, жуем обед, из кустов появляются любопытные мордашки детворы. Вот вам и пустыня, даже не вериться, что мы в Сахаре (ведь сахара означает “ничего”). Рядом с нами, по словам нашего вроде-бы-как-гида, расположился лагерь кочевников-пель, которые постоянно перемещаются по пустыне в поисках пастбищ и воды для скота.

Как вы наверное уже поняли, отношения с Ибраимом у меня не сложились, слишком уж много он болтал и слишком уж ядовито насмехался, над другими группами, с которыми ему довелось работать. Чувствовалось, что и нам этой горькой доли не миновать. Первым и самым необходимым словом в его лексиконе было местоимение “я”, и уже в первый день с меня было достаточно.
После недолгой сиесты которую, каждый использовал по своему усмотрению (Грег спал, многие читали, а строчила в дневнике), мы услышали уже привычное “По машинам!” и через пять минут за окном снова мелькали редкие кустарники и камни, камни, камни. Но уже через час пейзаж изменился: появились первые дюны, и часа в четыре мы снова покинули машины, чтобы вскарабкаться на одну из самых высоких дюн, на вершине которой виднелись огромные каменные глыбы с наскальными рисунками. Жирафы, страусы, антилопы и даже слоны изображенные вдохновленным художником несколько миллионов лет назад, явно говорят о том, что раньше здесь не было пустыни, а зеленела трава, на которой мирно паслись стада антилоп, жирафов и слонов.

В этот день я была действительно счастлива в пустыне: песочек теплый, ветер ласковый, обед сытный. Ты вроде бы как не в пустыне, а на берегу морском, в доме отдыха... Радостно смеясь, мы кувыркались в дюнах, фотографировались и весело болтали.

У ног расстилался настоящий песчаный океан, нежные перекаты желто-оранжевых волн, бесконечные арабески небесного художника. Солнце медленно катилось за горячие сугробы. Ни деревца, ни травинки, ни души. Пейзаж пустынный описать невозможно: игра красок, абсолютная тишина и одиночество, величественное нагромождение дюн и скал. Человеческая фантазия бессильна. Пустыню стоит увидеть и умерить, а вовсе не Париж.
Ольгея
31 марта 2015, 10:46
Какой же у тебя слог замечательный! up.gif
Loulou
31 марта 2015, 13:06
Ольгея! Спасибо на добром слове! Аж порозовела. Буду еще стараться раз так. shame.gif
Тайлес
1 апреля 2015, 20:21
Ух-х-х...Класс! more.gif
Loulou
10 апреля 2015, 11:08
Лагерь мы разбили в Черных скалах. Поставив палатку, место мы выбрали в удалении, чтобы ничто не мешало нашему уединению, и, получив мисочку воды, я устроила на скалах ванную комнату, но помывочные процедуры длились недолго: холодный ветер щипал за попу и норовил “обжечь” своим дыханием.

Вечер в пустыне, как впрочем и во всей Африке, наступает внезапно: только вроде бы было светло, но вот уже наступила ночь. Натянув пару свитеров и ботинки (весь день несмотря на угрозы укусов скорпионов и змей, я бродила в сандалиях), но холод – не дядька, мы придвинулись поближе к огню. Был канун католического Рождества. За ужином меня ждал первый неприятный сюрприз : кус-кус с бараниной (ненавижу!). То ли еще будет, но я об этом к счастью не знала. В этот вечер мы долго пили чай у костра и болтали обо всем, вернее болтал Ибраим, а мы его слушали.
Небо сияло миллионами ярких и ставших вдруг такими близкими звезд, люди вокруг смеялись и шутили, а мне почему-то стало так жутко и тоскливо, ну хоть волком вой. К ночи, кстати, температура опустилась до обещанных, но все же неожиданных +5 С°. Задул ветер. После традиционного зеленого чая с мятой, заваренного на углях, все разбрелись по палаткам.

Только устроившись в спальном мешке, мы поняли, какую глупость совершили, удалившись от всех на приличное расстояние. Даже на помощь не позвать! Страх, пустота и одиночество... Одиноко и страшно даже вдвоём... Ветер трепал палатку, и во всех этих шумах нам слышалось приближение шакалов и другой нечисти. Вернее мне казалось, Грег заснул быстро, а я почти всю ночь представляла ужасные сцены нашей возможной гибели и дрожала от страха с своем спальном мешке...
Loulou
10 апреля 2015, 11:13
Понежиться в мягком коконе нам не дал папа Жиля, который начал трясти во все стороны нашу палатку и вопить во все горло, что-то вроде “Подъем”...Это в шесть-то утра! Дрожащими от холода руками мы собрали свои скромные пожитки и двинулись к машинам.

Чуть в отдалении дымился костер на котором кипел чайник, на подстилке из пальмовых листьев Бубакар уже приготовил коробочки и баночки с вареньем, сыром, кофе и чаем... Таких шикарных завтраков, как в пустыне, мы давно уже не ели, но разве что в Россииfrown.gifГрег до сих пор всем рассказывает, о том как его в девять утра кормили сыром и ветчиной...).

Пока шоферы загружали все наше добро на багажники, мы двинулись в путь в пешком. Погода стояла солнечная, небо сияло бесконечной, жгучей голубезной, а до горизонта тянулись причудливые лабиринты белоснежных и розово-желтых дюн. И тут впервые за нашу поездку все поняли, что я панически боюсь скал. Именно скал, а не высоты. Потому что в фуникулере в Барселоне особого страха я не испытывала и, высунувшись на половину из кабинки, щелкала фотоаппаратом. А тут...
В пустыне на меня напал полный ступор, как в Мали, когда мы путешествовали по стране Догонов. С горем пополам я все же залезла на скалу, осыпая себя и скалу проклятьями. Вокруг веселились французы: они барахтались в песке, прыгали вниз на дюны, а я тихо плакала в кустах от злости на саму себя. Ну, боюсь я этих каменных глыб, ну что мне с этим поделать?

Примерно через пол-часа мы услышали за спиной шум моторов, это были наш внедорожники, которые, обогнув скалистый участок пустыни, постепенно вырисовывались на горизонте. Вот оно – счастье, спрятавшись от ледяного ветра в кабине, и завернувшись в теплое одеяло, читать распечатанную еще на работе новую книгу Акунина. Да, первооткрыватель и путешественник из меня аховый...
Пейзаж и впрямь располагал к чтению: Посмотрите, направо, дорогие туристы, это – дюна, посмотрите налево это – еще одна дюна, и сзади и впереди у нас также дюны.
Первые часы мы конечно как завороженные смотрели по сторонам. Увиденное скорее напоминало рекламный щит туристической компании или фотообои, которые несчастные москвичи клеят на серые, промокшие от вечной сырости стены коммуналки, в надежде заиметь ну хоть немножко тепла и света. Посудите сами. Желтые барханы, голубое какое-то бездонное небо и белое, как в фильме, солнце. Единственное, что не совпадало с обыденным преставлением о пустыне, это холодный, пронизывающий ветер.

Любая встреча в пустыне – событие. Часа через два после нашей счастливой встречи с нашими же внедорожниками, на горизонте снова замаячил силуэт, но это был не внедорожник, а огромный грузовик. Именно такие грузовики бороздят просторы пустыни в данный момент в Мавритании. Ралли «Париж – Дакар» в самом разгаре. Кстати, о том, что наши лидируют в классе “грузовик”, можно узнать только из русских новостей, французское радио комментирует гонки, только на мотоциклах и машинах. На вопрос, почему нет ничего о грузовиках, Грег заявил, что грузовики мало кого интересуют, да и к тому же у русских все равно выиграть никому не удалось. Молодцы, наши!

Грузовик, который оказался на нашем пути, поражал скорее размерами кузова и наличием бесчисленных тюков, мешков, коробок, сеток и саквояжей. Сзади и с боков торчало несколько велосипедов и даже один довольно большой мотоцикл. Но самое удивительное, это, конечно, люди. Они свисали повсюду: сбоку и сзади, цепляясь за мешки, гордо восседали на поклаже вверху. Я схватилась за фотоаппарат, а люди радостно замахали руками и заулыбались.

Путешествие Триполи-Агадес в среднем занимает 7-10 дней. Пассажиры чаще всего нелегалы, которые возвращаются с заработков домой в Агадес или в удаленные селения в Аире. Так как экипаж таких мастодонтов пустыни состоит из двух шоферов, то пустынебус не останавливается на ночлег и пылит к своей цели и днем и ночью. Ибраим, слова которого, не стоит, правда, принимать за чистую монету ввиду привычки приврать, выкатив для пущей важности глаза, поведал нам о том, что часто после привала “автобус” забывает заспавшихся пассажиров, и тогда их участь решена. И якобы туареги часто находят останки таких бедолаг по пути следования “ливийских” грузовиков.

Как истинный сын своего народа, Ибраим конечно же "забыл" сказать о том, что пустынные автопоезда часто становятся жертвами разбойных нападений со стороны тубу и туарегов. Так что на пути у незадачливых путников встают не только рок судьбы, но и конкретные, предусмотрительно спрятавшие лицо то ли от позора, то ли от ветра, а то ли и от чужих глаз, личности.

Про тагельмуст

Тюрбан, который закрывет волосы и часть лица, оставляя только глаза, является традиционным атрибутом туарега. По легенде мужчины покрыли себя позором, проиграв одну из междоусобных войн, тогда женщины (общество туарегов остается до сих пор матриархальным) приказали своим мужьям носить тагельмуст, пряча опозоренные лики. Но с другой стороны, удобная вещь, согласитесь, особенно для народности, которая издревле промышляет разбоем.
Loulou
10 апреля 2015, 11:19
Тайдес, Ольгеа и все-все анонимные читатели: спасибо за интерес и поддержку! У меня возникли временные трудности с размещением фото, но надеюсь, скоро ветка расцветет иллюстрациями.

Пользуясь случаем: всех с праздником Пасхи. Прошедшим и наступающим. Мира и добра!
Ольгея
10 апреля 2015, 11:45

Loulou написала: всех с праздником Пасхи. Прошедшим и наступающим. Мира и добра!

Спасибо, Loulou! И тебя - с Пасхой! Будем терпеливо ждать иллюстрации к прекрасным рассказам. smile4.gif
Тайлес
10 апреля 2015, 19:05

Loulou написала: У меня возникли временные трудности с размещением фото, но надеюсь, скоро ветка расцветет иллюстрациями.

Ждем! wink.gif
И тебя с праздником и пусть будет мир! smile4.gif
Loulou
28 июня 2015, 17:42
Дирку / Караван, но все же сарай / Весть мир — базар

Размышляя об увиденном и услышанном, мы незаметно выехали на равнину, окруженную с трех сторон скалами. Город Дирку – последний населенный пункт перед границей Ливии. Все население торгует, чем придется. В Европе сказали бы: население занято в сфере туристического обслуживания.
Дирку — город в департаменте Бильма на северо-востоке Нигера. Это один из десяти оазисов, ограниченный горным обрывом Кавар.
Благодаря присутствию источников воды, оазисы Кавара всегда были важной остановкой на маршруте через Сахару, как в древности, так и сейчас. В Средние века они славились производством фиников и соли, по этой причине местность была под пристальным присмотром туарегов и подданных королевства Канем-Борно.
Дирку — важный перевалочный пункт на транссахарском торговом пути между Ливией, Чадом и Нигером. Его население состоит в основном из оседлых племен канури, тубу и кочевников-туарегов.

После безмолвия пустыни странно оказаться вновь среди людей. Голосят разносчики воды, спешат по делам горожане, бродят по Дирку люди-тени. Они, как и мы, провели несколько дней вне реальности и теперь с трудом привыкают к толчее и гомону в общем-то небольшого городка. Поют в саду у мэра перелетные птицы. Местный любитель природы и, по совместительству, градоначальник отлавливает отбившихся от стаи птиц, привязывает птах за лапу бечевочкой к столбу и вот в саду у него уже целый зоопарк.

В центре шумит рынок, где можно приобрести все необходимое для поездки: эмалированные мини-чайнички для традиционного зеленого чая с мятой, плетеные корзиночки для угля, сам уголь в черных пластиковых мешочках, куски местной соли и сушеные приправы, неровные серо-мраморные куски кустарного мыла, пластиковую посуду и кувшины для личной гигиены, огромные выцветшие свитера из гуманитарной помощи, ношеные высокие башмаки для пустынных странствий, голубые коробки с сахаром-рафинадом, зеленые пачки чая, пачки сигарет, ткань на тюрбаны, пестрые плюшевые одеяла-пледы, бордовые жестяные банки с тунисскими сардинами, упаковки местного вкуснейшего хлеба. Самый ценный товар — овощи и фрукты из оазисов: черный душистый виноград, бананы, апельсины, арбузы и огромные, похожие на кабачки, огурцы. Особое лакомство для нигерцев — финики, желтые плоды на метелках «прямо с пальмы» и сушено-деревянные финики «на муку».

Пончики "бене" из финиковой муки
250 гр. финиковой муки,
250 гр. муки,
½ пакетика сухих быстрорастворимых дрожжей,
3 ст. ложки сахара,
2 щепотки соли,
500 мл. теплой воды,
масло для фритюра.

Смешайте муку с сахаром, постепенно добавьте чуть теплую воду. Разведите дрожжи в небольшом количестве воды и добавьте разведенные дрожжи в тесто. Накройте тесто и поставьте в теплое место на 4-5 часов. Разогрейте масло во фритюрнице и жарьте пончики несколько минут. Разложите обжаренные пончики на салфетке и дайте стечь маслу.
Kioko
28 июня 2015, 20:27
Loulou,
очень рада, что ты продолжаешь писать! Читаю с большим удовольствием.
reve
28 июня 2015, 20:40


Большое тебе спасибо за тред, интересно,познавательно...а слог,так совершенно замечательный! more.gif
Loulou
30 июня 2015, 06:48
Дамы, спасибо! Тронута...
На самом деле (мне стыдно в этом признаваться), но книга уже написана и я лишь выкладываю странички когда есть время. А его так мало... Много переводов...

Но если кому-то (это НЕ реклама) захочется все и сразу, то ее можно скачать "Унесенная в дюны" Татьяна Гальман. Она есть на Литресе за денежку, но есть и Флибусте в свободном доступе... Приятного всем чтения и удачного дня.
Loulou
2 сентября 2015, 20:10
Караван сарай — место приюта усталых странников, кочевников, торговцев.
Дом мэра, как впрочем и сама территория усадьбы, достойны особого внимания. На газоне (это в пустыне-то) была укреплена специальная установка для круглосуточного полива травы, такая в Ниямее есть только в посольствах, да и то не во всех. Посреди газона же гнулась грязная конструкция для сушки белья, а в песке вокруг ковырялись несколько кроликов, дрофы и утки. Маленькое стадо коз паслось за домом, но среди них паслась, ощущая себя полноправной козой, редкая даже для пустынной зоны Нигера газель-дама...

Весь дом был обставлен с тем же “вкусом”. Шикарные кожаные офисные диваны и бело-серые от пыли занавеси в три ряда (тюль, рюшь, велюр) на окнах и стенах (!!!), современный огромный телевизор с плазменным экраном видео- и аудио-центр на ящике из-под мыла, вычурная мебель в стиле Людовика XIV, сработанная, без сомнения, местными умельцами, великолепные алжирские шерстяные ковры ручной работы, вазочки из фарфора и хрусталя с пластиковыми букетиками — мы такие в России на кладбище носим на Пасху. Молодая жена мэра, красавица-туражка в традиционном платье из хрустящей бязи и тюрбане с богатой вышивкой застенчиво теребит шикарные косы. Позвякивая перстнями, браслетами и колье, она возится с малышом. В доме мэра Дирку я впервые в Африке увидела пачки настоящих "Памперсов" и баночки с французскими контрабандными, без сомнения, кремами и смесями для новорожденных.

Ванная комната, которую семья мэра любезно предоставила в наше полное распоряжение, выглядела также весьма своеобразно: бетонная коробка с полом наполовину выложенным кафелем, подтекающие ржавые краны и шикарный толчок, куча грязного детского белья на полу и сверкающая новизной стиральная машинка. Приняв у гостеприимного мэра душ, с наслаждением посидев (о чудо!) на эмалированном (настоящем!!!!) унитазе (никогда бы не подумала, что и этот атрибут современной комфортабельной жизни может доставить такое удовольствие) и выпив по стакану колодезной воды, мы отправились в город, нет, вернее, на рынок, потому что весь город скорее походил на рынок под открытым небом.

До обеда было еще далеко, и мы остановились у лотка продавца жареного мяса, в наличии оказались лишь жареный баран и печенка, поэтому я лишь скромно пожевала хлебушек, а все остальные накинулись на жирные куски баранины. Надо отдать должное, никто не заболел ни в этот день, ни в последующие. Мясо было, похоже, вкусным и свежим. Но для меня не было ничего вкуснее, чем хлеб. Тесто в маленьких городах и в деревеньках замешивают вручную и пекут на углях, в песке. И мы, привыкшие к “ватным” французским багетам, просто не могли наесться. У продавца напротив были приобретены напитки с яркими наклейками и надписями на арабском. Эх, мне бы мои сегодняшние познания восточной вязи! После их распития языки всех присутствующих окрасились во все цвета радуги, в зависимости от картинки на этикетке выбранной бутылочки: малина – красный, виноград – зеленый, дыня – желтый, а вот вишня непонятно почему – синий.

После обеда к нам “в гости” притащился торговец сувенирами и видя, что покупать мы ничего не собираемся, достал из кармана кольцо со 4 странными бугорками в месте, куда обычно ювелиры вставляют камень. Оказалось, что это – стилизованное изображение вымени верблюдицы — главного животного в пустыне — который дает и кров (палатки из верблюжьей кожи), и топливо (сушеные верблюжьи лепешки используют для костра), и пищу (молоко и сыр) и, конечно, служат самым главным транспортным средством. В общем, универсальный солдат какой-то.


Дорогие мои, с праздиком, с 1 сентября!
Sanolju
2 сентября 2015, 20:34
Спасибо за новость о книге.
Скачала на Литресе.
Наслаждаюсь. smile.gif
Анна
3 сентября 2015, 00:36
О, книжку я поищу! smile.gif
Loulou
14 сентября 2015, 15:25
Спасибо тем, кто приобрел книгу и спасибо тем кто остается с нами... Я тут еще про Ливан писать начала... Но вернемся, как говорил великий французский классик, к нашим баранам...
Loulou
14 сентября 2015, 15:28
В стране тубу / Еще одно Рождество

Примерно через 10 минут после обеда, выпив традиционный зеленый сладкий чай с мятой, мы услышали уже родной “По машинам!” и двинулись в путь. Вглубь этого таинственного региона, у подножия скалистых обрывов Кавар, населенного легендарными тубу. Женщины этого племени носят на поясе небольшой кинжал. Как что не понравилось в поведении мужа — прощай мужское достоинство, а порой и жизнь. Хотя хрен, простите за каламбур, редьки не слаще...

Тубу — в переводе с арабского «скальный человек» — народ, живущий в Центральной Сахаре (главным образом в Республике Чад). Небольшие группы тубу также проживают в Нигере и в Ливии. Численность — более 350 тысяч человек. Делятся на две основные группы: теда на севере и даза на юге. Говорят на языке тубу, который относится к сахарской семье. Исповедуют ислам.

Некоторые этнографы полагают, что племя тубу — древнейшее на территории Африки племя, выработавшее свои традиции, культуру. В одном из выпусков журнала «Вокруг света» рассказывается о том, что представители этого народа невероятно выносливы: они живут на безводном высокогорном плато Тибести в условиях высокой температуры, могут подолгу обходиться без пищи, да и само питание не включает в себя животные белки. К тому же, на взгляд европейца, оно является довольно скудным, и состоит из чая, настоянного на пустынных травах, «нескольких фиников и горсти проса». Тем не менее, представители народа живут очень долго и «до глубокой старости сохраняют все зубы».
Loulou
14 сентября 2015, 15:30
Небольшой анекдот

Кто самый глупый человек в пустыне? У туарегов и тубу Аира есть на этот вопрос убедительный и вполне логичный ответ: шофер ливийского грузовика, и причем ни какой-нибудь, а самый что ни на есть конкретный.

Дело было... у дерева Тенере. Это “оставшееся от былой роскоши” растение пожалели и караваны, которым порой не из чего было разжечь костер для приготовления пищи и обогрева, и ветра и засуха... Это дерево имело даже свое имя и более чем важную функцию: служить ориентиром для соляных караванов, которые вот уже 10 веков бороздят просторы Сахары. Преодолевая сотни километров, караваны везут огромные куски соли для скота из отдаленного пустынного оазиса Бильма, потом эта соль обменивается в стране хауса, это примерно в районе Ниямея на зерно и сушеное мясо, на обратном пути часть товаров распродается, часть обменивается. Для птиц дерево дарило долгожданную тень и также служило пернатым путешественникам ориентиром и убежищем от песчаных бурь во время ежегодной миграции с севера на юг и обратно. Представьте себе бесконечную пустошь (в радиусе 60 км от дерева нет даже холмика), а ливийский шофер таки ухитрился врезаться в дерево и сломать хрупкий ствол акации, которая стояла себе и никого не трогала. Даже скорее всем помогало. С тех времен уже прошло полвека (1960), а память о глупости человеческой еще жива. Нигирцы правда сварили что-то похожее, на их взгляд, на дерево из железной арматуры, но увы...

Сам же ствол поваленного дерева с почестями отправили в Ниямей. Для любопытных: дерево выставлено в Национальном Музее в центре города. Под стеклянным колпаком и за решеткой.

Совершив круг почета у железного дерева Тенере, мы устроились среди дюн на ночёвку. Взобравшись на самую высокую песчаную вершину, залюбовались с Грегом на закат, а тем временем Жиль утащил наш чемодан на другую дюну, пришлось его (Жиля) ловить и тащить на дюну эвакуировать чемодан. Каждый с пустынной тоской справляется как может.

Когда уже стемнело, нам выдали по плошке воды на обмывание и другие водные процедуры. Удалившись за дюну и собрав всю волю в кулак, я разделась догола и окатила себя ледяной водой. Вот картина: ночь, голая в дюнах, дрожу от холода и проклинаю тот день, когда заплатив еще и приличную сумму, я ввязалась в эту авантюру. А ведь сегодня еще и Рождество во Франции, сидела бы за эти же деньги сейчас в Бордо, пила бы Сотерн и ела бы гусиную печенку. Да, видно характер у меня такой – дурацкий.

В ту ночь мы так дрожали от холода у костра, что спать ушли в 8 часов вечера. Счастливое открытие вечера: наши спальные мешки можно прицепить друг к другу. Спасибо, тебе, Кешуа!
Sanolju
14 сентября 2015, 20:57

Loulou написала:  Но вернемся, как говорил великий французский классик, к нашим баранам...

Пингвинам. wink.gif
Loulou
21 сентября 2015, 18:41
Ночью разыгралась настоящая буря, и верх нашей палатки, как и, впрочем, других сорвало ветром. Так что мы гнались за куском материи по дюнам босиком в одном нижнем белье... Картина, достойная кисти мастера...

Примерно на полпути в Сэгэдину, где мы должны были пополнить наши запасы воды и, попрощавшись с цивилизацией, отравиться на равнину Джадо, на дороге нам попалось странное сооружение. Из пластиковых бутылок из-под воды африканцы работающие на китайцев построили мечеть в стиле «ар нуво». По словам “строителей”. во время бурь “мечеть” уже пару раз уносило, но им до сих пор удавалось ее разыскать. Нашему визиту “китайские” работники были жутко рады, потому что вода у них закончилась еще вчера, а партия с припасами подойти должна через пару дней. Ну а если б не мы? Что уж тут говорить?! Аллах велик! Вот вам и весь ответ.

В Сэгэдине — селении, состоящем из нескольких глинобитных домишек и колодца окруженного каменной стеной, нас “ждали”. Примерно через несколько минут после прибытия к внедорожникам сползались дедульки и бабульки, мамаши и совсем еще маленькие девочки с сувенирами местного производства. Плетеными из пальмовых листьев кувшинами и корзинками, чашами и ложками из дерева, пластиковыми и не только украшениями. Мне приглянулась круглая плетеная крышка для сосуда из тыквы-калебаса, которые я дома использую как подставку для горячих блюд. Но сторговаться с “продавщицей” с первого раза не удалось. Привыкшая к торговле “а ла хауса”. Я потерпела полное фиаско, да еще и стала объектом негодования всего “купеческого люда”. Дело в том, что в Ниямее, если торговец называет тебе немыслимо большую сумму, ты в ответ даешь ему не мыслимо малую и так постепенно прибавляя или снижая, вы приходите к консенсусу. Но, как оказалось, на торговок-тубу такие правила не распространяются. Ну что ж, век живи, век учись.
Искупавшись в ледяной колодезной воде (добровольцев нашлось немного, вернее я одна: она даже в холодильнике теплее, но “аман – иман” ("вода – это жизнь" на тамашек)), и купив несколько мешочков соли местных, известных на всю округу солончаков, мы перекусили и засобирались в путь.

Но перед отъездом решили таки посетить развалины французского форта, построенного во время колонизации и покинутого отступавшими французскими войсками. Внутри некогда мощных и неприступных стен выросли теперь пальмы; бойницы, которые в свое время грозно высились над деревней, пустыня сровняла с песком, а единственными обитателями и полноправными владельцами числятся теперь здесь козы, бараны да стервятники.

Уже на обратном пути мы повстречали итальянских туристов, которые тоже направлялись к Джадо, но собирались сначала посетить кладбище динозавров. Итальянцев в пустыне любят и знают все. Они частые гости и верные поклонники этого довольно дорогого и можно сказать, элитного туристического уголка. Ведь самое небольшое путешествие выливается в довольно круглую сумму в евро, которой больше чем достаточно для двухнедельного отдыха по формуле “все включено” где нибудь в Турции или в Азии. Дело в том, что для подобной поездки необходим караван хотя бы из двух машин на случай поломки, а значит два шофера, двойное количество бензина, прокат двух машин... Туристов в итальянском караване было всего двое. Позже, обедая с Ибраимом в Ниямее у общих знакомых, мы узнали, что итальянцам не повезло. Песчаная буря, которая настигла нас по возвращению в Агадес, сопровождала все их путешествие, а это значит, что все фотографии имеют сероватый оттенок, что в машине они не только ехали, но и спали и ели. Приятного мало.

По пути на ночлег мы нашли каркас “забытого” здесь грузовика – участника ралли Париж-Дакар, попавшего в аварию. Организаторы просто бросили грузовик, а местное население сняло и растащило все, что можно было снять и растащить. Последнее время трасса соревнования проходит по другим странам, не потому что Нигер разонравился, а потому, что восстание туарегов подорвало доверие организаторов в безопасность этих мест. Нам это только на руку, “меньше народу больше кислороду”, а вот жителям региона пришлось несладко. Они лишились тысяч и тысяч богатых туристов, которые покупали местные сувениры, ели, пили и останавливались на ночлег в регионе, служа источником пусть скромных, но стабильных доходов для местного населения.
Loulou
13 октября 2015, 14:04
Париж-Дакар[I]

Все началось в 1977 году. Тьерри Сабин заблудился на своем мотоцикле в ливийской пустыне во время ралли Абиджан-Ницца. Едва не лишившись жизни, но благополучно вернувшись во Францию, он не смог забыть величественные пейзажи Сахары. Он-то и становится впоследствии инициатором автопробега Париж-Дакар. Девиз ралли: "Вызов для тех, кто идет. Мечта для тех, кто остается".
В 2009 году ралли впервые пройдет в Южной Америке. Причиной тому — нестабильная обстановка в регионе. Дядя мужа там был, мед и вино пил... И все бы вроде ничего, но это уже совсем другое соревнование. И пейзаж не тот, и люди...

В этот памятный вечер мы остановились на ночлег посреди пустоты, ни горочки вам, ни кустика, ни какой-нибудь самой завалявшейся дюны. Лишь звездный купол и песчаная гладь. Уставшим от пустынных пейзажей и походной жизни, нам так захотелось чего-то домашнего и уютного. И мы собрали стол и стащили с багажников до сих пор так и не послужившие стулья. Стулья и стол, большие, величиной с яблоко, звезды и бесконечная, ровная, как очерченная циркулем линия горизонта. Ну, что может быть чуднее!

Ночью я долго не могла заснуть. Опасаясь повторного “побега” нашей крыши, мы установили все палатки рядышком, в полукруге, образованном нашими внедорожниками, а дальше представьте себе чемпионат мира по артистическому храпу... Температура опустилась до -3°С, и с утра палатки были покрыты инеем.
Loulou
13 октября 2015, 14:14
Вот, новый поворот... / Китайский вопрос

К обеду уже на джипах мы добрались до небольшого оазиса: пополнить запасы воды и вкуснейшего хлеба, который туареги пекут прямо в песке. Вокруг поселения тянулись бриллиантово-зеленые поля лука — лук из Агадеса — известное в Африке лакомство, отличающийся особым ароматом и сладким, практически сахарным вкусом. Воду для полива добывают из артезианских колодцев верблюды: скрипит деревянное колесо и тянется медленно наверх драгоценный груз: меха с кристально чистой, ледяной водицей. Пожалев скотинку, мы сами натаскали себе воды под изумленно-насмешливыми взглядами проводников и самого абсолютно обалдевшего от неожиданной свободы верблюда.

После пикника началась полоса препятствий: высоченные изломанные дюны, сыпучие пески и даже... миражи. Спутникам то тут то там мерещились райские кущи, ну а мне, как вы уже наверное догадались — пенные ванны и тропические души...
В самый солнцепек головная машина забуксовала. Мы принялись выталкивать внедорожник, да так рьяно, что оторвали выхлопную трубу, которая зацепилась за рельсу. Речь идет вовсе не о железнодорожном рельсе, а специальных кусках металла, которые подкладывают под колеса забуксовавшей в песках машины. Мотор дико взревел, а гиды приуныли. Первая поломка. Всем стало совестно и грустно. Ведь не известно, что нас ждет впереди, вокруг сотни километров песка и щебня, а мы не проехали еще и половины пути. Предоставив цезарево цезарю: машину — шоферам, проводникам, мужчинам и другим сочувствующим, я отправилась осматривать окрестности и напала на старинный жернов-мельницу: огромное плоское выточенное из камня блюдо. Множество веков тому назад и вполне возможно и по сей день женщины растирают на блюде зерно с помощью огромного камня в форме цилиндра до получения муки. Сдвинуть чудесную находку мне даже на несколько сантиметров с места не удалось, но поковырявшись в песке неподалеку, я нагребла целую пригоршню сокровищ: сломанный каменный наконечник стрелы, и целый набор "перстов дьявола": буро-коричневых образований, которыми изобилует пустыня. Песчанистые цилиндры с неровной поверхностью и круглым отверстием внутри образуются в песке в месте удара молнии. Я радостно поволокла находки в машину, но после ежедневного вечернего шмона (дабы разгрузить машину гиды постоянно перетряхивали наши рюкзаки, на предмет «драгоценных» 3-4 камешков на память) мне остался лишь жалкий наконечник и один дьявольский пальчик. Ну и на том спасибо!

К концу первой недели от постоянного ночного холода и дневной изнуряющей жары, бесконечного кус-куса с бараниной и тертой морковки, нехватки воды для личной гигиены у меня страшно болел живот, губы и крылья носа покрылись лихорадкой, полопались пятки, а волосы встали дыбом.
Усталые и расстроенные мы больше не отправились вперед пешком, а дожидались машин и завернувшись в одеяла спали в кабине до обеда. До полудня температура за бортом не превышала и 10 градусов, несмотря на яркое, слепящее солнце, после обеда песок разогревался так, что можно было обжечься только дотронувшись.
Грег, Дельфина и Пепс посапывали на заднем сидении, а Илли, наш шофер, уже по 10 разу слушал одну и туже кассету с туарежской музыкой, которая уже сама по себе не представляла большого музыкального разнообразия. Что то вроде звуковой инкарнации пустынного пейзажа.
Вот, новый поворот... / Китайский вопрос

К обеду уже на джипах мы добрались до небольшого оазиса: пополнить запасы воды и вкуснейшего хлеба, который туареги пекут прямо в песке. Вокруг поселения тянулись бриллиантово-зеленые поля лука — лук из Агадеса — известное в Африке лакомство, отличающийся особым ароматом и сладким, практически сахарным вкусом. Воду для полива добывают из артезианских колодцев верблюды: скрипит деревянное колесо и тянется медленно наверх драгоценный груз: меха с кристально чистой, ледяной водицей. Пожалев скотинку, мы сами натаскали себе воды под изумленно-насмешливыми взглядами проводников и самого абсолютно обалдевшего от неожиданной свободы верблюда.
После пикника началась полоса препятствий: высоченные изломанные дюны, сыпучие пески и даже... миражи. Спутникам то тут то там мерещились райские кущи, ну а мне, как вы уже наверное догадались — пенные ванны и тропические души...
В самый солнцепек головная машина забуксовала. Мы принялись выталкивать внедорожник, да так рьяно, что оторвали выхлопную трубу, которая зацепилась за рельсу. Речь идет вовсе не о железнодорожном рельсе, а специальных кусках металла, которые подкладывают под колеса забуксовавшей в песках машины. Мотор дико взревел, а гиды приуныли. Первая поломка. Всем стало совестно и грустно. Ведь не известно, что нас ждет впереди, вокруг сотни километров песка и щебня, а мы не проехали еще и половины пути. Предоставив цезарево цезарю: машину — шоферам, проводникам, мужчинам и другим сочувствующим, я отправилась осматривать окрестности и напала на старинный жернов-мельницу: огромное плоское выточенное из камня блюдо. Множество веков тому назад и вполне возможно и по сей день женщины растирают на блюде зерно с помощью огромного камня в форме цилиндра до получения муки. Сдвинуть чудесную находку мне даже на несколько сантиметров с места не удалось, но поковырявшись в песке неподалеку, я нагребла целую пригоршню сокровищ: сломанный каменный наконечник стрелы, и целый набор "перстов дьявола": буро-коричневых образований, которыми изобилует пустыня. Песчанистые цилиндры с неровной поверхностью и круглым отверстием внутри образуются в песке в месте удара молнии. Я радостно поволокла находки в машину, но после ежедневного вечернего шмона (дабы разгрузить машину гиды постоянно перетряхивали наши рюкзаки, на предмет «драгоценных» 3-4 камешков на память) мне остался лишь жалкий наконечник и один дьявольский пальчик. Ну и на том спасибо!
К концу первой недели от постоянного ночного холода и дневной изнуряющей жары, бесконечного кус-куса с бараниной и тертой морковки, нехватки воды для личной гигиены у меня страшно болел живот, губы и крылья носа покрылись лихорадкой, полопались пятки, а волосы встали дыбом.
Усталые и расстроенные мы больше не отправились вперед пешком, а дожидались машин и завернувшись в одеяла спали в кабине до обеда. До полудня температура за бортом не превышала и 10 градусов, несмотря на яркое, слепящее солнце, после обеда песок разогревался так, что можно было обжечься только дотронувшись.
Грег, Дельфина и Пепс посапывали на заднем сидении, а Илли, наш шофер, уже по 10 разу слушал одну и туже кассету с туарежской музыкой, которая уже сама по себе не представляла большого музыкального разнообразия. Что то вроде звуковой инкарнации пустынного пейзажа.
https://www.youtube.com/watch?v=kB4ZSDUsi_k
Loulou
5 декабря 2015, 16:56
Несколько дней мы катились по обшарпанной поверхности каменной пустыни: под колесами — растрескивавшаяся земля, за бортам — растрескивавшаяся земля и на горизонте — все та же безжизненная картина. Как удавалось нашему гиду безошибочно поворачивать и рулить в нужном направлении — загадка.
Бесконечный и безрадостный лик самой большой пустыни в мире лишь изредка “расцветал” красными флажками китайской разведывательной геологической партии. Несколько лет назад китайцы выиграли тендер на поиск нефти в Сахаре, и с тех пор туарегам от них нет покоя. И пустыне тоже. Повсюду, даже в таких местах, где порой тебе кажется, что не ступала нога человека (туристу и не такое еще покажется), пролегли следы огромных грузовиков-внедорожников, заалели флажки-указатели и появились перевалочные пункты.

Китайцев в Нигере не любят. По нескольким причинам. Ну, во-первых, (это на мой взгляд), китайцы работают в несколько раз больше, аккуратнее и быстрее, чем африканцы. Во-вторых, африканцы, которые после падения колоний продолжили работать на европейцев, но с соблюдением всех норм: то бишь восьмичасовой рабочий день, пенсионные отчисления, 2 выходных в неделю, что не мешает им кричать на всех углах об эксплуатации, нанявшись на работу к китайцам, наконец понимают, истинный смысл этого термина. Сыны Империи Мао и сами не отдыхают и другим не дают. Нашему гиду Ибраиму не редко приходилось увидеть почти футуристические картины: посреди ничего, в полдень, в самый солнцепек двое рабочих-хауса, одетые в яркие униформы роют песок. «Уж лучше бы вернулись французы», — вздыхает Ибраим.

Туареги в отрытую с китайскими специалистами не связываются, но борются с экспансией желтых братьев по-своему: так, завидев то тут то там заветные флажки геологической партии, наши гиды методично их выдергивают и довольно улыбаясь прячут в машине: наверняка дома будут хвастать трофеями...
Loulou
5 декабря 2015, 16:57
Чистота — залог здоровья / Приют стервятников и бойцов / Про повстанцев

С утра нас разбудил, как уже повелось, буйный живчик-пенсионер. Неунывающий папуля Жиля начал трясти палатку с жизнерадостными воплями. Мы это утреннее воодушевление не понимали и не разделяли. Ну, и кто обрадуется, если вас в шесть утра заставляют разлепить веки и переться за дюну в почти мороз, чтобы совершить ваш утренний туалет?

Правда, у меня сложилось такое впечатление, что я единственная из всей группы пыталась ну хоть как-то привести себя в порядок перед завтраком. Более того, мои коллеги по несчастью, то есть по путешествию, такой щепетильности с моей стороны явно понять и тем более оценить были не в силах. С утра в пустыне каждому было «до себя». Один дедулька сохранял присутствие духа, рвался в путь, жужжал походной бритвой и распространял запахи французского парфюма. Все остальные европейские мужчины каравана заросли колючей щетиной, пахли, скажем так, «лошадьми», взяли в привычку вытирать руки после обеда и завтрака об джинсы и галантно делились ежедневной порцией помывочной воды с дамами. Французские старушки в первый день приезда поверх хлопковых брючек и маек натянули толстовки и так в них и проходили все 2 недели. Дельфина время от времени выуживала из сумки мятую маечку и устраивала постирушки за дюной. Меня же к концу путешествия признали самой капризной чистюлей. На время поездки я заготовила 14 маек-трусиков и пар носков, и бедные Грег и Илли таскали по очереди с багажника джипа мой огромный, видавший и Париж, и Лондон и Амстердам, и вот теперь Агадес чемодан. Стоило завидеть даже самый глубокий и ледяной колодец, то тут же мыло в руки: я начинала мыть волосы и купаться. К концу путешествия ни изумленные взгляды кочевников, ни непосредственное соседство коз, коров, баранов и верблюдов меня уже не смущали.
Наши же нигерские спутники приятно удивили: гладко выбритые, чистенькие (хотя рубашки и шаровары они меняли только один раз за все эти две недели), они щеголяли белозубыми улыбками и прекрасным настроением.

В этот день подъем мне показался вещью особенно несправедливой и я не удержалась и заплакала в своей палатке. Завернутая в спальный мешок, в помятых джинсах и не первой свежести футболке, самой себе я показалось такой противной и отвратительной, что в очередной раз прокляла тот день и тот час, когда соблазнившись рассказами о бескрайних просторах, лунных пейзажах и тому подобной чепухе, я собственноручно подписала себе приговор. Ну что меня сюда принесло? Сидела бы себе сейчас на берегу моря, в Бенине, пила бы кокосовое молоко в ожидании заказанного час назад (ну это уже мелочи) блюда креветок.
В этот день пейзаж значительно не изменился. На смену дюнам пришли новые еще более высокие дюны. Книжки я уже все прочитала и делать нам было абсолютно нечего. От яркого солнца слезились глаза, от прослушанной уже в 20 раз кассеты Илли стучало в ушах.

Страшно хотелось домой, нарядить елочку, посмотреть в 25-ый раз «С легким паром», как все нормальные люди и устроиться на диване с пледом и семейным альбомом. Но в ближайшем будущем ничего такого нам не светило. А светило лишь солнце и дюны, дюны и солнце.

Примерно часам к 11 пополудни, совершив очередной вираж, мы выкатились на зеленую равнину. Это был оазис, где предстояло набрать воды и закупить овощей и фруктов.

Сбросив скорость, мы лавировали между участками возделанной земли, окруженными колючей проволокой. Через несколько минут мы остановились перед одним из таких огородов, хозяин которого был знакомым нашего гида. После недолгого обмена приветствиями и новостями хозяин проводил нас к колодцу, чтобы мы смогли наполнить канистры водой. Вода был так глубоко, что нам ее почти не было видно. Не теряя времени, мы “впряглись“ вшестером и начали тянуть воду. Правда, я была вскоре изгнана из команды за слабосилие и вздорный нрав и пользуясь возможностью, решила сделать несколько фотографий. Когда мы уже наполовину наполнили канистры, хозяин вернулся с верблюдом, который оказался намного эффективнее в добыче воды. Что ж, на то он и верблюд! По недоуменному взгляду животинки, мы понял, что раньше за скотину никто поработать и не подумал.
Уже перед самым обедом, преодолев первые 400 километров маршрута, мы выкатились к военно-пропускному пункту Шифра. Военно-пропускной пункт звучит странно, особенно если учесть, что мы уже в нескольких сотнях километров от населённых пунктов и границы. Но здесь похоже все серьёзно.

Старинный разрушенный форт, бесконечный пустынный пейзаж, солдаты призраки и зависшие где-то в облаках стервятники. Как во времена колонизации, междоусобных войн и восстаний туарегов. Вольные рыцари пустыни, столь дорогие сердцу романтиков, мечтателей и создателей приключенческих фильмов и романов «люди в голубом» так и не смирились с правительством, навязанным в колониальную эпоху. Ну с какой стати ходить им под хауса и джерма из Ниямея? Что общего у свободолюбивого кочевого народа с оседлыми племенами с юга? Почему доходы от добычи урана — кстати сказать, в нигерской пустыне находиться четвертое по значимости месторождение этого полезного ископаемого в мире — оседают в основном в карманах чиновников из Ниямея? Пустыня до сих пор ершится останками разбитых военных джипов, осколками снарядов, а порой и минными полями.
Военная база на скале грозно сверкала дулами орудий, недоверчивые взгляды военных и «калашниковых» упирались прямо в живот. Не самое приятное ощущение. Здесь все путешественники обязаны пройти таможенный контроль и оставить паспорта до возвращения. Это позволяет проконтролировать туристические потоки, хотя в год нас — любителей острых ощущений — по данным военных – набирается не больше ста. Более того, туристические джипы по возвращению обыскивают: дабы любители старины не растащили на сувениры исторические памятники и реликвии. Так, в 1999 году итальянский охотник за сокровищами чуть не вывез из крепости Джадо древний деревянный крест, висевшей в заброшенной церкви вот уже несколько веков. Ежегодно у любителей «утащить что-нибудь на память» таможенники отбирают также каменные статуэтки, старинные мельницы, предметы быта и культа. Все это нам поведал Ибраим, так, правда, и не ответив на вопрос, куда все девается после обысков.
Loulou
2 января 2016, 19:49
Про сувениры[B]
У дяди моего мужа, большого любителя пустыни, исколесившего вдоль и поперек песчаные пустоши Мавритании, Туниса, Ливии, Алжира и Марокко и участвовавшего, кстати, в 2012 году в ралли Париж-Дакар в Южной Америке, в старинной каменной мельнице (приблизительно 2 век нашей эры) хранятся дома... свежие фрукты. Этого дядьку я очень люблю и ценю его домовитость, но разграбление памятников истории и культуры мирового значения того вряд ли стоит.... Все равно что пить дешевый желтый «Липтон» из чашечки лиможского фарфора.

Мне не повезло. Заявив в путевом листе только французских туристов (откуда же он мог знать, что гражданства мне так еще и не дали), наш проводник не решился подать мой русский паспорт, я тихо посидела в машине, но и печати мифического поста в самом центре пустыни я таки не получила. Представить, что на французской, или скажем европейской границе африканец может тихонько отсидеться в машине во время полицейского контроля, мягко сказать сложно.

Уже по возвращению в Ниямей, мы поняли, что «калашниковы» и крепости служат не только для создания “атмосферы”. Ровно через месяц после нашего визита, база была в очередной раз атакована туарегами, а неулыбчивые люди в военной форме были расстреляны на месте, так что мы были возможно последними, кроме террористов-туарегов, кто видел их живыми. Военная база разграблена, внедорожники и оружие похищено. А мы еще смеялись: «Ну кому пришла в голову идея военной базы в пустыне, да и что здесь сторожить? Песок и камни?»

О повстанческих отрядах туарегов говорят разное. В Нигере бытует мнение, что бессменный аж до 2011 года революционный президент Ливии Муаммар Кадаффи лично финансировал подобные военные вылазки, для того чтобы сохранить за собой нефтедобычу в регионе. Похоже, (пусть не смеются надо мной специалисты, хотя им мои скромные дневники в руки вряд ли попадут) на территории Ливии и Нигера находится единый подземный нефтяной бассейн. Пока в одной стране неспокойно, нефтедобыча ведется в другой стране. И делиться не надо. А вот правда это или нет...
Недалеко от военной базы мы расположились на пикник, а уже к вечеру достигли плато Джадо, мифической территории терракота-розовых причудливых скал Орида, городов-призраков Джадо, Джаба и Дбасса.

До захода солнца у нас оставалось еще время, и мы отправились исследовать красноватые скалы, которые в лучах заходящего солнца приобрели багровый оттенок. Эрозия придала величественным валунам небывало причудливые формы. Запрокинув голову и медленно ступая по песку, я старалась придумать каждой скале название, сравнивая ее то с гигантской черепахой, то с огромной головой льва, то с другими, порой весьма неприличными силуэтами и предметами...
Дальше >>
Эта версия форума - с пониженной функциональностью. Для просмотра полной версии со всеми функциями, форматированием, картинками и т. п. нажмите сюда.
Invision Power Board © 2001-2017 Invision Power Services, Inc.
модификация - Яро & Серёга
Хостинг от «Зенон»Сервера компании «ETegro»